Директор Чистопольского медучилища рассказала о подготовке воспребованных кадров

Всего через шесть лет мы сможем увидеть, как старейшему теперь учебному заведению города — Чистопольскому медицинскому училищу — исполнится сто лет. И сорок лет трудится его директором Наиля Сайфулловна Лазарева. Она и сейчас полна энергии и веры в большую пользу, которую училище приносит Чистополю (и не только ему). С этим — не поспоришь. Но как, из каких забот, возможностей и надежд сегодня складывается жизнь медицинского училища? Об этом наш с ней разговор.

— Наиля Сайфулловна, можно стать врачом, поступив после школы в вуз, а можно пойти в медучилище. Расскажите, пожалуйста, в чём разница между этими путями?

— В стране дефицит трудовых ресурсов, и государство соз­даёт в школах медицинские классы. Это хорошо и правильно, но всё-таки в сравнение с медицинским училищем они не идут, в школе ребёнок лишь себя проверяет — моё, не моё… Это знакомство с профессией. Некоторым покажется, что «не моё». Хотя я считаю, что медицина — настолько обширная область… Например, медицинский психолог. Или медицинская сестра в детском саду, которая должна быть и медиком, и педагогом. Поэтому самая лучшая проверка — поступление в медицинское училище или медицинский колледж. Мы каждого нашего студента ценим, знаем по имени, с каждым работаем, слабых — поддерживаем, подтягиваем.
Алексей Станиславович Созинов (кстати, он чистополец), будучи ректором Казанского госмедуниверситета, говорил мне: нам нравятся ваши студенты. Он имел в виду не только чистопольцев, а вообще выпускников медучилищ. В Чистополе очень много тех, которые сперва закончили наше училище, потом поступили в вуз и после этого вернулись в родной город, стали замечательными врачами. Есть у нас и выпускники-профессора. Один раз посетил нас наш выпускник из Новосибирского научно-исследовательского института — профессор. В Казани главный врач скорой помощи — наш выпускник. Я сама училась в медицинском институте после школы с теми, кто сперва заканчивал медучилище, и даже кое-кто был со стажем работы. И у них было, я помню, другое отношение ко всему: более серьёзное, ответственное. Я после школы боялась на занятии по анатомии взять в руку человеческую кость (тогда не было пластмассовых), а они не боялись. Ребёнка после медучилища — в двадцать лет — можно спокойно отправлять «на свободу»: он будет со всем справляться, принимать трезвые решения. Это уже другой человек, у него есть профессия и возможность заработать.
И от нас, конечно, поступают в вузы, но не все в КГМУ, ориентируем также и на Ижевск, Йошкар-Олу.

— Какие качества необходимы врачу?

— Говорят, что учитель, медик, священник — профессии от Бога. Но врач — это и медик, и учитель, и должно у него быть что-то святое в душе. В XIX веке был врач Фёдор Гааз, который в свободное время ходил по тюрьмам, лечил заключённых. У него был девиз «Спешите делать добро». И у нашего училища тоже такой девиз. В медицину надо идти с жела­нием помогать людям. Даже если медик понимает, что не может вылечить, — он может утешить. В древности говорили, что медицина редко излечивает, часто помогает, но всегда должна утешать.

— Какие направления обучения в училище?

— «Лечебное дело» (фельдшеры) и «Сестринское дело» (медицинская сестра/медицинский брат). Это самые массовые специальности. Фельдшер — универсал. Он может работать и медсестрой, и акушеркой (после двухмесячного дообучения и аккредитации). Фельдшер — почти как врач, он может ставить диагнозы. Кстати, на нашей скорой помощи фельдшеры — молодцы. Они ставят предварительный диагноз, и почти всегда он в больнице потом подтверждается. Хотя у них не так много аппаратуры.
А у медсестёр вообще сорок с лишним специализаций — хирургические, санаторные, интенсивной терапии, ЛОР, косметологические, гинекологические, стоматологические и так далее. Если она обучается платно — то может после училища устраиваться куда угодно. Бюджетники (и медсёстры, и фельдшеры) с 2018 года заключают трёхлетние договора и обязаны отработать. Хотя можно поступить в институт, можно вый­ти замуж за военнослужащего и уехать по месту службы, можно взять кредит и вернуть деньги за обучение… Такой опыт сейчас проводится только в Татарстане и в Подмосковье. В Подмосковье — потому, что там все хотят в Москву уехать. И считается ещё, что мы, училище, все три года выпускников должны отслеживать: а работают ли они по договору!

— Когда заключается договор?

— После экзаменов, когда становится понятно, что ты проходишь по конкурсу. В Чистополе мы пересылаем главному врачу ЦРБ полный список со средними баллами аттестата. И он сам решает, с кем заключать договор. Некоторые сразу хотят в Казань, например, у них там кто-нибудь работает.

— В чём значение медицинского училища для Чистополя?

— Деятельность любой медицинской организации невозможна без среднего медицинского персонала. Я знаю, что у нас в ЦРБ приезжий врач говорил, как больнице повезло, что в городе есть своё медучилище. На каждого врача должны приходиться три медсестры. И мы рады, что удовлетворяем потребности в среднем медицинском персонале: и в Чистополе, и в Татарстане, и по всей России работают наши выпускники! Не было бы нас — сельские дети уезжали бы в большие города, и оттуда они бы уже в село не вернулись. А наши кадры возвращаются: алексеевские — в Алексеевское, аксубаев­ские — в Аксубаево. Фельдшеры в сельских ФАПах, конечно, нужны. Село стареет, молодёжи мало. К нам раньше много из районов поступали, а теперь в основном чистопольцы.

— Когда началась история Чистопольского медицинского училища?

— В 1932 году. Чистополь тогда был второй крупный город после Казани, это ведь даже по городской архитектуре видно! И решили открыть здесь медицинское училище для всего Закамья, сразу на 700-800 мест. Тогда ещё было третье направление — «ахматмлада». Так почему-то назывались акушерки. Было особенно важно, чтобы в регионе с мусульманским населением было достаточно акушерок-женщин. И отдали под училище большой дом купца Челышева на ул. Карла Маркса, а здесь было общежитие, а часть здания — бывшая старообрядческая молельня. Но во время войны в доме Челышева устроили эвакуационный госпиталь, а училище стало заниматься в общежитии. И до сих пор мы здесь, потому что после войны в дом Челышева въехал сельхозтехникум. Но мы и здесь процветаем: всё-таки тоже старинное здание с аурой, на полу кафель двухсотлетний до сих пор целый. Мы очень бережно относимся к истории училища!

— А после развала Советского Союза?

— В 90-е годы, когда началось платное обучение, мы долго старались держать цены пониже, чтобы могли учиться и дети из сельской местности, и сироты. Но потом государство само стало устанавливать цены… Приём на бюджет у нас в этом году — 42 на медсестру и 25 на фельдшера, на базе девяти классов. На базе одиннадцати мы принимаем на внебюджетной основе. И надо сказать, что после одиннадцатого класса дети приходят измученные подготовкой к ЕГЭ, а после девятого — весёлые и шустрые. Правда, среди них есть такие, кто не приучен трудиться. А у нас надо трудиться. Преподаватели у нас отличные: и знают свой предмет, и к детям добры. Есть дети, которые не знают математику школьного курса, не могут рассчитать дозу лекарства. Я знаю случай, когда врач ошиблась в дозировке, но опытная медсестра эту ошибку заметила и сделала правильно. А если б была неопытная?.. Есть названия лекарств очень похожие, но при этом лекарства с разным действием. Поэтому надо быть внимательными, иметь хорошую память.

— Наиля Сайфулловна, вы что преподаёте в училище?

— Гигиену и общественное здравоохранение. Так что я студентов сама вижу. С 1986 года. Могу судить, как меняются дети. А до этого я восемь лет была санитарным врачом и уже вела в училище гигиену. Замминистра здравоохранения ТАССР тогда был Яков Георгиевич Павлухин — кстати, тоже наш выпускник. Он мою кандидатуру одобрил. 450 медучилищ было тогда в РСФСР — и всех директоров утверждали на коллегии Минздрава РСФСР. Так меня и утвердили. Помню, как я после назначения полреспублики объехала — искала трубы для ремонта котельной. Дефицит был в стране! Наконец, в Челнах кто-то сжалился, дали трубы.

— Наблюдая за детьми, вы видите в них желание работать в медицине?

— Да, есть такое желание. Иногда бывает, что случайно встреченные на улице люди сожа­леют, что когда-то не доучились в медучилище. «Какая я дурочка была, зачем бросила?..» Я отвечаю: «Ещё не вечер!». У нас учатся и такие, кому за тридцать. В этом году будет вечерняя группа, с четырёх до семи вечера. Но это только обучение на медсестру и только для тех, у кого одиннадцать классов или среднее профессиональное образование. Например, косметологам часто бывает нужен медицинский диплом. И на родительских собраниях я вижу, как востребовано медицинское образование. Помню двух мальчиков-двойняшек из деревни, которых родители привезли поступать на платное. Я спрашиваю: «Наверное, это тяжело для вас? Может, один в сельхозтезникум на бюджет поступит?». Нет, хотим в медицину! Это ведь доктор в семье, он всегда поддержит. Хотя это сложная специальность: надо и много знать, и нести ответственность.
Дети многие даже больше любят в ЦРБ на практику ходить, чем теоретические занятия. Потому что на теоретических занятиях оценивают знания, а там они руками работают. И бывает, что учатся средне, а манипуляции выполняют отлично. А ведь при этом надо и беседовать с пациентом, и порядок действий соблюдать. Скажем, при сердечно-лёгочной реанимации — 52 пункта, и их нельзя перепутать.
Я считаю, что медицинское училище сохраняет лучшие традиции отечественной медицины. Это и военные медики, и организация медицинской помощи на селе. Канада в России открыла своё представительство, чтобы заманивать наших медиков. Не идут у них в медицину! А нам надо воспитывать своих медиков. И я постоянно вижу наших выпускников, которые преуспевают. И в личной жизни тоже, и дети у них высот достигают — это Бог им возвращает за их доброту. Всегда и везде, от рождения и до конца нужны медики. Их лишних не бывает.

— В армии ценят, когда у молодого человека есть медицинское образование?

— Конечно, очень ценят. Даже приходил к нам со СВО наш выпускник. Он отслужил в армии, поехал на СВО, там пробыл два года — и его направили в военно-медицинскую академию. Конечно, он был такой весёлый мальчик, а стал очень серьёзный. Говорит: жалею, что не учился так, как отличники. Другой мальчик из Спасского района поступил к нам, учился добросовестно, хотя в школе были тройки-четвёрки. Но он во всё вникал. И вот его забрали в армию, в космические войска, был там медиком. И через год его тоже направили учиться в военно-медицинский вуз. И таких случаев немало: и оставляют работать после армии, и жильё дают. Среднее медицинское образование для мальчика — это плюс. А для девушки плюс, что у родителей ведь всегда паника, когда ребёнок заболевает, но если имеются знания — человек сконцентрируется и сумеет отличить настоящую опасность.

— Вам нравится жить и работать в Чистополе?

— Для меня это самый лучший город на земле! Я приехала сюда, получив диплом врача: здесь родина моих предков. И вот уже почти 50 лет, как живу в самом дорогом и прекрасном городе на планете. Желаю процветания Чистополю, счастья, здоровья и благополучия всем чистопольцам!

Беседовала Татьяна Шабаева