Как справиться с зависимостью от гаджетов

Когда эти результаты, которые сейчас цитируют многие российские СМИ, прочитали доценту кафедры психологии РГПУ им. Герцена Александру Конфисахору, — он не поверил. По его мнению, всё ещё хуже: только три процента людей способны обходиться без телефона в течение часа, и лишь пять процентов выдерживают 15 минут.

Я, как человек, у которого смартфона нет вовсе, не могу поверить уже Конфисахору. Не может быть такого, чтоб только три процента. Вообще эти электронные сервисы опрашивают специфическую публику и не затрагивают людей, которые не интересуются электронными сервисами. И всё-таки зависимость многих людей от смартфона несомненна, наблюдае­ма в повседневной жизни. Почему так происходит? Ведь все мы уже более-менее знаем, что это вредно, новые подтверждения этому появляют­ся постоян­но, и даже в том самом опросе говорится, что 69% людей хотели бы сократить своё экранное время. Что мешает-то?

Конечно, мешает привыкание, взлом наших эмоций — это происходит по всему миру. Учёные Университета Восточного Лондона исследовали детей трёх-пяти лет и подтвердили, что действия экранных персонажей перевозбуждают их нервную систему, дети чувствуют себя так, как если бы с ними происходило то же, что с нарисованными героями. Когда им включают мультфильм или подсовывают гаджет «для успокоения» — это оборачивается тем, что детям становится труднее успокоиться, истерики из-за выключенного телевизора, отобранного телефона или планшета растут именно отсюда.

Затем, мешает боязнь пропустить «что-то важное». Учёные Копенгагенского университета исследовали успеваемость 16683 индийских студентов, разделив их на группы, которые сдавали или не сдавали смартфоны в начале каждого занятия. У тех, кто телефоны сдавал, успеваемость оказалась лучше, потому что лучше была концентрация, они не отвлекались на уведомления, не пытались постоянно «быть на связи».

В общем, что маленьким, что большим детям отсутствие отвлекающих внимание электронных устройств идёт на пользу. И мы это знаем — вряд ли я сейчас открыла совершенно новые для читателя сведения. Это лишь подтверждается снова и снова. А некоторым и исследований не нужно: люди по себе знают, как незаметно и бессмысленно утекает время, когда листаешь бесконечную ленту в смартфоне.

Тогда почему уже более 80 процентов российских детей младше пяти лет (!) «общаются со смартфонами»? Такие данные в начале октября сообщила член совета директоров компании «Медиаскоп» Ксения Ачкасова. И у половины этих совсем маленьких детей есть собственные гаджеты, которые они явно не сами себе купили.

Правда, что это во многом навязывает среда. Работа. Домовые чаты. Школа — когда она переводит внеклассное общение в онлайн. Электронные дневники стали огромным шагом ко всеоб­щей смартфонизации. Затем, для детей очень важен аргумент «у всех есть, а у меня нет». И, наконец, «общаться со смартфоном» просто легче.

Одна моя знакомая десятилетняя девочка — назовём её Яной — рассказала: «Я не так уж зависима от смартфона. У меня есть подруга, которую я летом часто зову гулять, но она сидит за планшетом и не хочет гулять. Мне тоже интересно в телефоне сидеть, но надоедает. После школы могу максимум три часа посидеть в телефоне. В выходные могу и пять часов посидеть. Одного выходного мне не хватает, я устаю и понимаю, что лучше поваляюсь с телефоном, чем буду гулять и уставать. В школе мы читаем, и дома мне уже неохота на буквы смотреть. Но летом мы гуляем и играем. Мы с подружкой разыгрывали сценки с игрушками. Я могу взять своих кошечек и начать с ними играть. Часто хочу порисовать, но когда у меня не получается хотя бы один штрих — я забрасываю. Когда мы с родителями уезжаем на море, я в телефоне вообще не сижу, максимум — в день полчаса. Там интересно, мы всё время куда-то идём, и даже нет времени на телефон».

Получается, что яркие события продолжительного отдыха для Яны интереснее смартфона, а вот обычная повседневная жизнь кажется утомительной, и от неё хочется уйти в гаджет. Грустный парадокс заключается в том, что там — в смартфоне — утомлённые реальной жизнью дети занимаются «выживанием». Они играют в то, как будто бы выживают в разных обстоя­тельствах — от необитае­мого острова до зомби-апокалипсиса. Хотя на самом деле это электронное времяпрепровождение не даёт полезных навыков ни для какого выживания. Занятия спортивным ориентированием были бы намного полезнее — но и труднее.

Но ведь со взрослыми происходит то же самое. Заведующий кафедрой клинической психологии КемГМУ Евгений Янко сравнивает привычку к постоянной прокрутке интернет-ленты с игровой зависимостью. «Бесконечная лента не имеет логического конца, поэтому человек забывает про время, иногда даже не помнит, что смотрел пару минут назад. При долгом процессе может входить в состояние, по симптоматике похожее на транс», — говорит Янко.

Так что первичная проблема — не в детях, не в том, что «они ещё маленькие». Просто дети нас традиционно беспокоят больше всего. Нормальный древний инстинкт: защитить в первую очередь детей.

Педагог досугово-развиваю­щего центра «Камалия» Зульфира Шарапова ведёт в «Максе» канал «Академия сердца». Там она делится своими размышлениями о проблеме «эмиграции» в электронные устройства. «Родители подходят и спрашивают: как быть, когда ребёнок сидит в гаджетах, как его оттуда вытащить?» — отмечает Зульфира Салимовна. И объясняет: «Нужно разобраться, почему дети уходят в гаджеты. У ребёнка по природе есть потребности, которые он не может удовлетворить в офлайне, а в онлайне они удовлетворяют­ся очень легко, поэтому ему там комфортнее. Взрослые могут вернуть ребёнка и удовлетворить эти потребности, если поймут, какие они». Зульфира Шарапова перечисляет: потребность в принятии, потребность в развитии, стремление к взрослению, и потребность быть свободным. «Когда эти потребности ущемляются — ребёнок ищет, где их восполнить. Идеальное место для этого сейчас — гаджеты. Там он может почувствовать успех, почувствовать себя взрослым, получить поощрение. В то время как в жизни получить это труднее». Педагог признаёт, что это касается и многих взрослых. Папы и мамы тоже сидят в гаджетах, когда чего-то недополучают, и компенсируют это в онлайне.

Конечно, есть много верного в том, что если ребёнку интересно — он забудет про телефон. Библиотекарь Елена Валерьевна Быкова, работающая в посёлке Водников, регулярно проводит встречи с детьми и рассказы­вает: «Я не встречала таких детей, чтобы они упорно сидели в телефоне и не реагировали, когда мы с ними проводим занятия. Когда мы с Татьяной Вячеславовной Малхасян, руководителем ТОС, приходим в школу, читаем по ролям сказку, показываем игрушками, или проводим уроки профориентации, — куда бы мы ни пошли, дети не достают телефоны, потому что с нами интересно». «Нужно интересно работать с детьми, и им тогда не будут нужны никакие гаджеты», — заключает Елена Валерьевна. Но также подтверждает: «Если в семье родители не читают — не заставишь ты ребёнка читать книгу. Это должно быть на глазах: читать как дышать».

И это так. Но жизнь не может состоять только из яркого и интересного. В ней непременно будет монотонное и утомительное — оно совершенно необходимо.

Человек должен поддерживать себя в тонусе, ставить себе задачи. Мало просто осознать «гаджеты крадут время» — важно иметь другие занятия. Елена Быкова приводит в пример Вадима Михайловича Шляхтина, педагога Чистопольской школы искусств, которому за пятьдесят, но он говорит: «Я ещё молод, полон сил, мне позорно лежать на диване с телефоном, надо чем-то интересным заниматься». Недавно он, в дополнение к делам школьным, музыкальным и церковным, освоил вязание женских сумок. Почему бы и нет?..

К сожалению, следует снова вернуться к тому, что к «эмиграции» в цифровые устройства подталкивает сам процесс всеобщей цифровизации. Оно, конечно, не задумывалось так.

Предполагалось, что цифровизация обеспечит две вещи: удобство и контроль. А оказалось, что это удобство — как троянский конь: вы принимаете его как что-то хорошее, а оттуда неожиданно вылезают враги. И контроль, когда можно потерять деньги и личные данные, открыв не ту ссылку или отсканировав не тот куар-код, уже не кажется таким убедительным