«Быть воином — жить вечно»: история участника СВО Айрата Ишмухаметова

По роду своей волонтёрской деятельности мне приходится состоять во многих чатах, в которых люди помогают бойцам. Два года назад в одном из казанских чатов парень обратился к волонтёрам с просьбой помочь гуманитаркой. Штурмовикам нужны были сапоги. На тот момент мы как раз закупили партию «пенки», и у нас остался запас.

Я написала в чат, что чистопольцы готовы помочь, и тут же в личные сообщения мне прилетело письмо. «Привет! Ого! Ты из Чистополя? Я тоже чистопольский. Нас здесь татар 13 человек. Мы находимся в Запорожье. К сожалению, в магазин не можем выехать, а нам очень нужны сапоги». Вот так мы познакомились со штурмовиком, гвардии рядовым Айратом Ишмухаметовым, с коротким позывным «Муха», — улыбчивым и неунывающим человеком.

Наша дружба завязалась сразу. Я рассказывала о наших волонтёрах, о Чистополе, о новостях. Его интересовало абсолютно всё.

Сапоги мы ребятам, конечно, доставили, более того, к ним отправились и маскировочные сети, и одежда, и продукты. Как оказалось, за долгое время службы это была первая гуманитарка. Радости бойцов не было предела. Мы стали для Мухи и его друзей своими. Парни рассказывали о себе, о своём быте, о жизни и… о войне. В тяжёлых боях один за одним погибали друзья Мухи. И горько было видеть лица тех, кто остался в живых. Мужчины не плачут, у них плачет душа. Плачет по тем, кто успел стать не просто другом, а братом и даже ближе.

Муха любил жизнь. Любил всё живое, особенно собак. И когда у него появился щенок, маленький алабай, с уже купированным хвостом и ушами, Айрат был в восторге. Щенка нашли полумёртвым. Прежний хозяин, видимо, бросил малыша и убежал. Ребята назвали кроху Барсом, потому что он был весь белый, без единого пятнышка. Алабайчика выходили, и он стал расти. Как все малыши, он грыз всё подряд, воровал обувь, и бывало так, что утром, выйдя из блиндажа, кто-то не находил свои сапоги. Смеху было на всё расположение!
Когда Айрат уходил на задание, Барсик грустил, не играл и всё время ждал. Так было по нескольку дней, пока хозяин не появлялся живой и здоровый. Пёс, виляя хвостиком, запрыгивал на руки Мухе и валил его с ног.

Мы помогали Айрату и ребятам, как могли. Генераторы, стройматериалы, одежда, сети, еда, мотоциклы и квадроциклы. Мелкая техника может проехать везде, и на ней легче уворачиваться от вражеских дронов. На ней же завозили продукты, боеприпасы и вывозили раненых. Когда за ними машина не могла проехать, а счёт шёл на минуты, Айрат привязывал скотчем к себе раненого бойца, и так вдвоём они ехали на мотоцикле. Муха за рулём, а раненый сзади, привязанный. Зачастую бойца удавалось довезти до санитаров живым, но были случаи, когда парни умирали от потери крови. В такие моменты Айрат очень переживал и ругал себя, что не смог спасти.

В августе 2024 года, после вторжения ВСУ на территорию Курской области, полк Айрата перевели на это направление. Стояла очень жаркая погода. Бойцы ехали на военных большегрузах и по дороге присылали мне видео. Меня очень рассмешил момент, когда на одной из стоянок ребята подошли к кабине машины и открыли дверь. На пассажирском сиденье лёжа ехал белый Барс, а ребята все ехали в кузове. И когда собаку пытались выгнать из кабины, пёс грозно рычал, давая всем понять, что это его законное место и он тут главный. Бойцы весело смеялись. Прибыв на новое место дислокации, ребята увидели озеро и решили с дороги искупаться. Барс также вместе с Мухой побежал к воде. В этот момент началась бомбёжка. Барс оттолкнул Муху и в следующую секунду упал замертво. Бойцы разбежались по укрытиям. Когда всё закончилось, пришли медики, собрали раненых. Муха стоял возле Барса. Белая шкура собаки была красной. Медики сказали, что сами похоронят алабая. По приказу ребята покинули озеро и уехали в расположение. А через неделю к блиндажам, где жили ребята, пришли те самые медики и стали спрашивать, чей был белый пёс. Муха ответил, что его. Тогда медики сказали, что Барс жив. Находится у них в санчасти. Что его прооперировали, и он вместе с ранеными бойцами идёт на поправку. Айрат с друзьями помчались к Барсику.
Забинтованный пёс лежал и смотрел в глаза Мухи, жалобно поскуливая. Айрат обнял друга. Через некоторое время ребятам нужно было возвращаться к себе. Барс встал на ноги и стал плакать. Медики разрешили увезти собаку. Оказалось, что в тот день, на берегу, Барса сочли погибшим и хотели похоронить, но он очнулся. Истекающего кровью раненого хвостатого героя не бросили. Привезли в санчасть и прооперировали, удалив осколки из живота и шеи.
Так началась у Мухи и его ребят битва за Курскую землю. В жесточайших боях ребята забирали у захватчиков сантиметр за сантиметром. Мы продолжали возить гуманитарку. В ход шло абсолютно всё. Возили даже дыни и арбузы, чтобы побаловать ребят. А Муха с ребятами делились своими продуктами с жителями деревень, в которых оставались глубокие старики, которые не смогли эвакуироваться. Враг бомбил их каждый день. Но люди стойко переносили все тяготы. Айрат с ребятами часто проходили через эти деревни. По пути заносили свои угощения. Люди были им очень благодарны и ждали их, как родных. В деревнях, кроме людей, оставался брошенный скот, животные и птицы. Айрат с друзьями кормили и животных, открывали им ход к воде.
Однажды, после очередного задания, Айрат мне позвонил ночью. По его молчанию я поняла, что случилось что-то очень плохое. Я стала расспрашивать, и, наконец, он заговорил. В этот день ребята штурманули и освободили одно небольшое село. Когда прочёсывали все дома и постройки, в одном из сараев бойцы увидели страшную картину — растерзанных и повешенных детей. Бойцы вынесли их на руках и, стоя на коленях, плакали. Айрат говорил, а я не перебивала, не спрашивала ни о чём. Было понятно, что в тот миг ребята приняли решение, что пощады фашистам не будет. У маленьких тел бойцы поклялись, что отомстят за каждого безвинного ребёнка, за каждого погибшего гражданского человека. Битва за русскую землю продолжилась с новой силой. Позже от друзей Айрата я узнала, что он вынес из боя и спас 14 раненых бойцов.

За этот подвиг был награждён «Медалью за спасение погибавших». Айрат, вынося ребят по одному, каждый раз возвращался за следующим. При этом умудрялся убегать от атак дронов. Он говорил, что хорошо бегает, и ни одна «птица» его не достанет.

На мелкие ранения Муха не обращал внимания. Осколки вытаскивал сам, перебинтовывался — и снова в бой. Я никогда не забуду его слова, которые позже оказались пророческими:

«Мне наш медик сказал: никогда не сдавайся. Борись до конца. Даже если кажется, что всё. Даже если скажут, что бесполезно. Неэффективно. Не важно, эффективно или нет! Не отступай! Борись до конца!».

И он всегда боролся. Боролся, когда был ранен. Боролся, когда однажды они оказались в окружении и шесть дней вое­вали без еды, а воду пили из лужи. Тогда он и его друг Вадим отправились на поиски еды для группы. В одном месте нашли полбуханки чёрствого хлеба и полбутылки воды. Эту добычу принесли к ребятам, размочили хлеб и поделили на всех. Потом Айрат мне сказал, что это была самая вкусная еда на свете.
Однажды я спросила у Мухи: тебе было когда-нибудь по-настоящему страшно? Он ответил, что было один раз.

«В тот день мы штурмом взяли деревню. Потом поняли, что из всей группы остались в живых втроём. Я, Радик и Вадимка. Враг полез с новой силой, а у нас закончились все боеприпасы. Осталась одна граната. Мы спрятались в доме. Заблокировали дверь. Сели на пол, спиной прижались друг к другу. Я забрал у Радика гранату и выдернул чеку. Мы стали ждать, чтобы побольше фашистов с собой забрать. За окном уже стали слышны голоса. Говорили на мове. Значит, уже близко. И вдруг услышали крики, пошла стрельба. Свои ребята прорывались к нам. Мы выскочили и с криками кинулись в рукопашную. Получилось реально, как в Великую Отечественную. К сожалению, тех, кто нас спас, уже нет в живых. Среди них были два родных брата. Дагестанцы. Смелые парни. Оба погибли с разницей в два месяца.»

Дальше Муха замолчал — вероятно, думал о ребятах.
Главное место в его жизни занимала мама. Он очень трепетно к ней относился. Чтобы не волновалась, писал ей неправду. Говорил, что не воюет. Всегда по хозяйству. Но мама понимала, что это не так. И когда Айрат молчал по нескольку дней, она не выпускала телефон из рук, боясь пропустить СМС или звонок. Айрат очень любил своего родного брата (он также находится на СВО, мобилизованный) и племянниц. Очень много о них рассказывал. Любил своих сыновей и старался выполнять любые их просьбы. Айрат был очень добрым и отзывчивым.
У него душа болела абсолютно за всех. В одном госпитале он познакомился с раненным Данилом, которому нет ещё двадцати. У парня нет ноги до колена. Данил из детского дома, и Айрат подарил ему свой телефон, а меня попросил помочь мальчишке вещами.
В другом госпитале прикормил бездомного пса, который теперь там и живёт и получает еду из столовой. В третьем госпитале в палату купил телевизор. И когда я спросила: ты что, его будешь с собой по госпиталям возить? — Айрат сказал, что не себе его купил, а пацанам. И что он им нужнее, они лежачие.
Вернувшись в Чистополь в краткосрочный отпуск, Айрат приехал к нам. Невысокого роста воин. Худощавый. В чём только душа держалась. А духа в нём на десятерых хватит. Зашёл с широкой улыбкой и большим букетом цветов. И было такое чувство, что мы все его знаем очень давно. Настолько родной и близкий.
За время службы Айрат был дважды ранен. Лежал в госпиталях, но каждый раз, не долечиваясь, писал рапорт и уезжал раньше времени к ребятам и своему Барсику. Между тем, Барсик подрос. Стал серьёзным и огромным псом. Ежедневно обходил с визитом близлежащие посты, на которых бойцы специально для него припасали печенье. Барс делал один круг и шёл на второй, чтобы получить ещё печенье. Его кормили и баловали все, потому что грозный алабай каким-то непонятным чутьём определял «чужих» и несколько раз спасал наших бойцов от диверсионных групп противника. Он рвал их зубами, и наши воины успевали быстро среагировать.
Айрат очень хотел вернуться домой. Строил планы на жизнь, делился ими. Незадолго до гибели он задал мне вопрос: «Что будешь делать, если, когда мы вернёмся с победой, человек 150 воинов придут враз к тебе в гости? Где всех разместишь?».
Я сказала, что буду очень рада этому и найду, куда всех разместить, лишь бы вернулись.
Из тринадцати человек, с которыми мы начали знакомство, к сентябрю 2025 года в живых остались трое. Из них один был тяжело ранен, лишился руки. Айрат вернулся в расположение после госпиталя, а Радик был живой и здоровый. Группа была доукомплектована новыми бойцами, и ребята готовились к выполнению новых боевых задач.
Перед уходом на последнее в его жизни задание, Айрат заметно нервничал. Мне ничего не сказал, а вот с одним из друзей поделился опасениями. Сказал, что чуйка нехорошая и что раньше никогда такого не было.
Последний раз Муха прислал мне видео уже с территории выполнения задач. 8 октября 2025 г., в 17 часов 27 минут. Я не смогла вовремя увидеть сообщение и ответила только через полчаса. Но его он уже никогда не прочтёт. 13 октября, во время выполнения боевой задачи, Айрат со своей группой из трёх человек попал под атаку «бабы яги» и мелких «птичек». Ребята успели убежать и прыгнуть в яму, где есть «лисья нора». Так называется лежанка в яме, вырытая вбок. К сожалению, там уже находились 4 бойца, и всемером просто не уместиться. Муха сказал ребятам, что, если дроны начнут сбросы в яму, погибнут все, а так он попытается увести их. Ребята не успели его отговорить, и Айрат выскочил из ямы. Он побежал к ближайшей посадке, надеясь там укрыться. Но, к сожалению, листвы на деревьях уже не было, и сверху он был как на ладони. Наш дрон-разведчик был в воздухе и видел всё, что дальше произошло. На одного Айрата накинулось пять «птичек». Они устроили ему карусель, зажимая и сужая круг, тем самым отрезая возможность уйти. Потом начался сброс снарядов. Первый снаряд ранил нашего воина, второй промахнулся, третий добавил ранений, но Айрат продолжал двигаться. Четвёртый промахнулся, и пятый взорвался прямо за спиной бойца. Раны были не совместимы с жизнью. Но даже упав, Айрат продолжал стрелять. Взамен этим дронам прилетели новые и ещё долго кружили возле этого места, поджидая других бойцов. Через день один из ребят пробрался к Мухе и подтвердил его гибель. Но есть один момент, о котором хочу сказать. Под левой ногой смертельно раненого был протянут жгут. Только завязать его Айрат не успел. Так вот: слова, что бороться нужно до конца, — это не просто слова. Это его сила! Его мужество! Его отвага! Он не сдался. Он боролся. До конца. До последней капли крови.
Что стало с Барсом — мне не известно. Так как вся группа погибла.
Вечная память и вечная слава павшим воинам! Быть воином — жить вечно!

Чулпан Сулейманова, руководитель волонтёрского движения «Чистополь — фронту».