Чистополец Иван Егорович Наумов вспоминает свое военное детство

27.05.2015 13:59 | Они сражались за Родину Печать

Чистополец Иван Егорович Наумов вспоминает свое военное детство

Сегодня мы знакомим вас, читатели, с Иваном Егоровичем Наумовым.

– Иван Егорович, будучи шестилетним ребенком вы стали свидетелем ареста вашего деда Григория Варламовича Горлина в 1937 году, которого расстреляли в Чистопольской тюрьме. Вы перенесли тяготы военного времени на себе. Расскажите о себе, детстве, военном отрочестве.
 
– Мать была парализована, поэтому жил я с бабушкой и дедушкой. Когда дедушку в 1937 году арестовали, отец забрал меня домой. В 1941 году отец ушел на фронт, а в 42-м году умерла мать. Мы остались втроем: старшая сестра (16 лет), я (10 лет) и младшая сестренка (5 лет). Окончив три класса, я пошел работать…
 
Да, нам было тяжело: был голод и холод. Так и выживали… Я пошел работать с 4 мая 1943 года, в 11 лет официально вышел на работу. Ведь тем, кто работал, давали паек. 
 
Это было военное время. Мы работали в лесничестве. Куда послать нас на работу, решал Сельский совет. В ноябре 1943 года с односельчанами попал на работу на Шумбутский спиртзавод. Одну неделю возили дрова, торф с болота, а вторую – шли со спиртом в Казань. Бочки со спиртом грузили на подводы, запряженные лошадьми, сами шли рядом.
 
Неделя, когда возили торф и дрова, был отдых для лошадей. До Казани шли два дня. Ночевали в татарских деревнях. Приезжали, и сразу в Сельский совет. Там распоряжались, на какой двор нас определить: постучат в окно дома и скажут: «Шесть подвод!» И все подводы отправляются во двор к этому человеку. Иногда двух лошадей отправляли в один двор, других – в другой. Я был самым младшим, 12 лет мне было. А старшим был Коля Тугашев, ему было 16 лет. Он был главный.
 
Вот день мы идем, на улице мороз. Зайдем ночью в теплую крестьянскую избу и аж падаем… А нельзя сразу лечь, хотя и глаза слипаются: лошадей с дороги поить нельзя, нужно подождать полтора часа. 
 
Как-то мы везли 12 бочек спирта, по две на каждой подводе. В одной бочке 200 литров. Ночевали в крестьянских дворах. Какая охрана? У нас даже страха в этом отношении не было. Хоть голодали, но никто друг у друга корня картошки не выкапывал. О колхозе и речь не идет: за любое воровство грозила тюрьма… Жестоко, но без этого не было бы победы.
 
– Куда вы отвозили бочки со спиртом?
 
– В Казань, в Кировский район, на пороховой завод, для изготовления пороха. Нам не было страшно, что нас обворуют, мы боялись случайно сорвать пломбу с бочки спирта. В этом случае приходилось нести спирт на проверку в лабораторию. Затем спирт быстро сливали и мы шли назад с пустыми бочками до самого Шумбута.
 
Боялись, чтобы лошадь не встала. Устанет лошадь, не идет и все. Бывало, идешь за подводой, достанешь из-за пазухи кусочек хлеба, жуешь, а она оборачивается и ржет. Вот как тут не дать!? Протянешь на руке, она ни в коем случае не укусит, губами возьмет…
 
– Тяжело было?
 
– Всякое бывало. В 1943 году на Шумбутском спиртзаводе получил производственную травму, стал инвалидом… Именно из-за этой травмы у меня сейчас инвалидность 2-й группы. Одну зиму плел для страны лапти: две пары лаптей в день! Хоть сенокос, хоть уборка урожая – лапти ничем нельзя заменить! В них нога не потеет, и они легкие.
 
Иван Егорович показывает лапти, сплетенные им. Потом перебирает фотографии…
 
– Как сложилась ваша жизнь после войны?
 
– После войны вернулся отец. Я переехал в Чистополь, поступил учеником плотника. До армии учился в школе рабочей молодежи, ведь я закончил только 3 класса…. После армии продолжил учиться на столяра. 
 
– Как вы стали учителем?
 
– В 1960 году по заданию партии поехал работать в 4-ю подшефную школу преподавать столярное дело. В самой школе мастерских не было, они находились на улице Бебеля. 50 лет проработал в системе образования. У меня есть награды и звания: «Отличник Просвещения Российской Федерации», «Отличник Просвещения СССР», «Заслуженный учитель Республики Татарстан». А вот это книга отзывов с моей выставки. Первый урок провел 22 февраля 1960 года, а на пенсию ушел в 2013 году. 
 
Иван Егорович показывает папки с Почетными грамотами, фотографии, на которых он стоит рядом с первыми людьми Чистополя.
 
– Как много у вас наград!
 
– Отдал всего себя делу. Без приукраски, первое сентября я всегда ждал как праздник!
 
–Встречаетесь с бывшими подопечными, помнят они о вас?
 
– Да, помнят! – Иван Егорович перебирает фотографии. – Вот это с выставки, а это приезжали московские писатели. Вот собственноручная подпись Виктора Бокова. Он оставил свой отзыв о моей выставке. А это московские писатели, которые жили здесь в годы войны, на встрече в горкоме партии. Это сувенирчики, которые я им подарил. А вот эту книжку мне подарил Виктор Боков… А это вот Воскресенская, дочь писательницы Воскресенской. А это Ада Шор, она возглавляет Академию художеств. Ее мать здесь захоронена, в войну умерла. Татарский художник Якупов посещал мою выставку и оставил свой отзыв…
 
– Ваше детство было суровым, вы – дитя войны! Можно ли сказать, что война «опалила» вашу судьбу, оставив шрамы?
 
– Конечно, и не только в душе! Как уже сказал, в годы войны я получил травму, стал инвалидом...
 
– Иван Егорович, если в двух словах, что такое война?
 
– Страх народа! Само слово «ВОЙНА»! Хочу пожелать сегодняшней молодежи, чтобы они никогда не узнали, что это такое. Чтобы они были дружными, трудолюбивыми. «Где нет труда – сады там не цветут. Где нет любви к труду, там лишь пустыня!»
 
– Что помогло выжить?
 
– Работа, труд. Главное – не опускать руки!
 
– Как готовились к встрече Дня Победы?
 
– Мне позвонили из администрации и сообщили, что я удостоен чести встречи с президентом Республики Татарстан 7 мая.
 
– Поздравляю вас! Долгих вам лет жизни, здоровья и счастья. А всем нам мирного неба, чтобы о войне мы знали лишь из рассказов свидетелей тех страшных времен.
 


Ирина Левагина


Будь в курсе последних событий! Читай tatmedia.ru


Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

В Республике