Чистопольские известия
  • Рус Тат
  • Он был лишь одним из тысяч репрессированных (часть 1)

    Если совсем недавно я считала, что Чистополь всегда был мирным провинциальным городком, то уже сегодня правда о его прошлом развеяла это мнение. Оказалось, что наш город знаменит не только славным купеческим наследием, историями о советских писателях, живших здесь в годы Великой Отечественной войны, но и своей тайной тюрьмой.

    Именно в Чистопольскую тюрьму ссылались тысячи политических заключенных. Среди них было много служителей культа, тех, кто был не согласен с новой властью, да и просто умных, интеллигентных людей. Так, в застенках Чистопольской тюрьмы был и известный правозащитник Андрей Сахаров…

    В годы репрессий здесь расстреляны тысячи людей. Очевидцы, которые в то время были еще детьми, рассказывали, как видели вырытые вдоль кладбища канавы (там, где сейчас возведен Мемориальный комплекс). Их рыли днем, а ночью в них сбрасывали трупы… Да, маленькие дети вездесущи, и от их глаз трудно что-то утаить. А возможно, как говорится в священных писаниях, это невинно пролитая кровь убитых взывает из земли, требуя справедливости. Вот и вышли на свет темные дела, как ни старались их спрятать те, кто их творил...

    Сегодня речь пойдет об одном из тысяч репрессированных, простом человеке, церковном старосте из деревни Степановка. Вот что о нем написано в Книге Памяти: «Горлин Григорий Варламович, 1879 г.р., место рождения: Рыбно-Слободской р-н, д. Степановка, жил: г. Чис­тополь. Русский, середняк, церков. староста. Арестован 18.4.32 (систематическая к/р агитация). Предъявлено обвинение по ст. 58-10 ч. 1 ОГПУ ТАССР. 26.4.32 дело прекращено за недостаточностью улик. Арестован повторно 10.10.37. Приговор: ВМН, конфискация имущества. Расстрелян 13.12.37 в г. Чистополь. Реабилитирован 21.3.89.»

    Всего несколько строк, а за ними - целая погубленная жизнь, вернее, жизни… Ведь после ареста Григория Горлина его жена осталась в недостроенном доме без крыши. Возможно, она каждую ночь вздрагивала от малейшего стука, ожидая, что сегодня придут и за ней. Не одна она, а и его дочери тоже потеряли покой. Почему? Прос­то такие были времена. Сегодня мы поговорим со свидетелем тех далеких лет - внуком Григория Варламовича - Иваном Наумовым.

    - Иван Егорович, что вы помните о своем дедушке?

    - Помню, что в тот день, когда арестовали деда, мы с ним рано утром работали на огороде.

    - А сколько лет вам было?

    - Мне было 6 лет. Я тогда жил у бабушки с дедушкой, потому что мать у нас (дочь Григория Варламовича) была больная. Деду в то время было 58 лет.

    Помню, что день был ясным. Бабушка позвала нас с дедушкой завтракать. Ну, деревенская еда - сковорода с мятой картошкой. Дедушка сделал в картошке вмятину ложкой и туда масло положил, и в это время пришли люди… Три человека пришли, они провели обыск.

    Искать и негде было. В то время дед дом строил, даже крыши не было. Вот как я помню: если войти в дом, то с правой стороны стоял столярный верстак деда. В углу напротив - большой фикус. Печка - посреди избы. Стоял письменный стол с выдвижным ящиком. Ну а в другом углу - деревянная кровать. Напротив топки - обеденный стол, за которым мы и сидели. Еще в углу умывальник был чугунный двухрожковый, на ремне висел. Вот и все…

    Обыск они провели. Я не знаю, что они взяли, но только, когда они выходили из дверей (я тут под ногами был), дед спросил. Я хорошо помню, у него были сандалии-самошивки, сам он их шил. Вот он надевает их и спрашивает: «Может быть, мне собраться?» Сказали, что нет, не надо. Только до сельского совета. А сельский совет был не в этой деревне, а в Шумбуте, находившемся на расстоянии 4 километров. И ушли они… Я всегда думал: «Почему бабушка не захлопотала?»

    - Может быть, она просто боялась?

    - Возможно, да. Прочитал, что тогда было указание жен приговоренных к высшей мере наказания тоже арестовывать. Но здесь, наверное, не то. Просто вины не было, и бабушка была спокойна…

    Вот мы продолжаем с бабушкой работать в огороде, а с поля просматривается дорога до Шумбута. Там появился силуэт, бабушка говорит: «Вон, Ванчарка, дед идет». А деда нет и нет. И в ночь нет! А у них в Шумбуте младшая дочь была замужем. Бабушка и говорит: «Наверное, зашел к дочери, они с Андрианом там (зятем)». Гостит в смысле…

    Но и в ночь не пришел. 4 километра, пришел бы, а нет. Утром опять работаем на огороде. Только днем бабушка говорит: «Если не придет дед, то пойдем в Шумбут». И вот к вечеру пришел мой отец из села Стекольное и объявил, что деда вчера погнали этапом в Чис­тополь…

    Старшая дочь, проживавшая в Горьком, в Балахне, говорила, что потом приезжала в Казань, чтобы узнать о судьбе отца. Ей ответили, что он отправлен этапом без права переписки. Нигде никто ничего не знал.

    - И за что? Просто забрали и все?

    - Да.

    - С тех пор вы о нем ничего не знали?

    - Нет. Лишь в 1989 году, когда наступила «оттепель», я написал генеральному прокурору. Помнил только год - 1937, а месяц и число не помнил точно, когда арестовали деда. Генеральный прокурор отослал мое письмо прокурору Республики Татарстан Антонову. Он мне ответил:

    «Ваше заявление от 28 января 1989 г. рассмотрено.

    Горлин Григорий Варламович, 1879 г. рождения, уроженец и житель дер. Степановка Кзыл-Юлдузского /ныне Рыбно-Слободского/ района Татарской АССР 10 октября 1937 года арестован органами НКВД за антисоветскую деятельность и по постановлению тройки при НКВД Татарской АССР от 21 ноября 1937 г. расстрелян.

    Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 г. «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начала 50-х годов» указанное постановление тройки отменено.

    Горлин Г.В. реабилитирован.

    Прокурор Татарской АССР, государственный советник юстиции 3 класса О.М. Антонов.»

    Позже в печати появилось сообщение, что те, кто желают, могут ознакомиться с материалами дел своих репрессированных родственников. Я собрался и поехал в Казань в КГБ, на Черное озеро. Приехал туда, обратился, высказал свою просьбу дежурному, мне сказали номер телефона, по которому я позвонил. Пришла майор Зинаида Гурская, возглавлявшая комиссию по репрессированным. Она пригласила меня в комнату. Спросила номер дела, которое меня интересует. Сказал, что не знаю номера. Зинаида Васильевна велела мне ждать, ушла и потом вернулась, неся дело. Дала мне его и сказала, что могу ознакомиться с ним.

    Я спросил, можно ли делать записи. Она разрешила. Только я в первый раз не смог читать. Слезы просто лились из глаз, и все. Часа полтора так посидел и ушел. Через какое-то время приехал во второй раз. Теперь уже сразу позвонил Зинаиде Васильевне. Мне вновь принесли дело, и я стал делать выписки из него. Потом Зинаида Васильевна мне говорит: «А может, вам отксерокопировать?» Конечно же, я с радостью согласился… Теперь у меня есть ксерокопия дела деда.

    (Продолжение следует)

    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    • 20 апреля 2018 - 15:05
      ВИДЕО: Новости Чистополя и Чистопольского района за прошедшую неделю от 20 апреля
    • 20 апреля 2018 - 15:05
      ВИДЕО: Концерт "Студенческая весна" состоялся в Чистополе
    • Голосование за участников конкурса «Мое хобби»
      Проголосовало 1738 человек
    • Центральная площадь Чистополя
    Ночной режим